10.10.17
Татьяна Рик: дети всегда учатся на нашем примере

Татьяна Рик - детская писательница, автор учебников и творческих уроков для детей, а также мама. Мы расспросили Татьяну о её отношении к финансовому воспитанию, своих методах, какое финансовое воспитание получила она сама и о том, что стало самым интересным и продуктивным для её сына. 

Как вы в целом относитесь к финансовому воспитанию детей? Есть ли необходимость в нём, кто должен этим заниматься - родители или школа? 

К финансовому воспитанию детей я отношусь хорошо, конечно. Важно, чтобы ребенок понимал, что деньги не появляются из воздуха, что взрослый их зарабатывает, иногда совсем не легким трудом. И это уважал. Умел ценить труд родителя и, соответственно, деньги. 

Хотя тут все зависит еще и от возраста. Маленькие дети, мне кажется, не могут еще осмыслить всего, о чем я говорю. Для них наличие в семье денег – вещь безусловная, вроде того, что солнце светит, дождь иногда идет, летом тепло, а зимой холодно. Родители обеспечивают и кормят. А как же иначе? И это правильно. 

Я – дитя советского времени. Тогда жили не слишком богато, даже во многом бедно. И мама часто говорила, что на такую-то игрушку нет денег. На самом деле, дорогие и хорошие игрушки мне тоже покупали, но в семье бывали разные моменты. И я старалась это понять и принять во внимание. Это сейчас квартиры у людей так завалены игрушками, что мамы не знают, куда их девать. 

Помню, однажды мы с мамой зашли в ювелирный. И я показала на золотое кольцо в виде цветочка, вероятно, с бриллиантами и рубином: 

- Вот это мне нравится.

- Мне оно тоже нравится, - сказала мама. – Но у нас никогда не будет таких денег. 

Прошло очень много лет, время кардинально поменялось. Жизнь, возможность заработков, отношение к деньгам, к богатству, к богатым – все уже давно другое. Очень надеюсь, что теперь я могла бы купить себе такое колечко, вопреки маминому «никогда».

Чем ребенок старше, тем осмысленней. В подростковом возрасте можно уже говорить с ним о деньгах вполне серьезно, можно даже подкинуть какую-то работу для первых заработков, если это возможно.

Меня, например, злит, когда сын говорит небрежно: «Подумаешь, всего-то пять тысяч!» А ты пойди и заработай сначала эти пять тысяч, потом будешь вот так пренебрежительно говорить. У нас в семье я работаю и зарабатываю одна. Совсем не тот случай, что подставляй подол и туда все само нападает.

Я пошла работать в 17 лет, сразу после школы. Работала тогда лаборантом в химической лаборатории. А по факту – скорее курьером. Первую зарплату принесла домой, отдала маме, но она сказала, что я могу потратить эти деньги на себя. И я поехала в магазин при ателье «Сашенька» и купила себе комбинезон песочного цвета. Стоил он 26 рублей. А зарплата была 80! Так что у меня еще осталось. Но на эти деньги нужно было обедать до конца месяца и еще купить проездной. Так что приходилось считать, что можно себе позволить, а что – уже нет.

Впрочем, и до того у меня уже был опыт зарабатывания денег. Тогда подростки, начиная с 8 класса, раз в неделю занимались на УПК (это учебно-производственный комплекс). Получали какую-то специальность: машинистка, шофер, продавец, парикмахер, повар… А ученики нашей школы проходили УПК на школьном заводе «Чайка». Мы ездили туда по пятницам и собирали моторчики для детских игрушек. Осваивали разные операции: намотка, пайка, сборка и другие. Был план, была и зарплата. Совсем небольшая. В день можно было заработать от, например, 60 копеек до полутора рублей. Это зависело от операции и от выработки (то есть, насколько тебе повезло попасть на операцию, за которую платят больше, или не повезло, и ты сегодня выполняешь операцию, за которую платят меньше. Ну и – сколько сделал за день, разумеется.)

Деньги выдавали не каждый раз, а в конце четверти. Рубля четыре была моя самая первая зарплата. А кто-то заработал семь, и это было невозможно круто! На самом деле, мы на обед тратили немногим меньше, чем зарабатывали, но что тут поделаешь! Однажды я там пробила себе палец станком. Месяц потом не ходила на завод – лечила палец. 

Когда закончили школу, на выпускном вручали нам всем свидетельство, что каждый из нас теперь – слесарь механо-сборочных работ 1 разряда. Это, кстати, самый низкий разряд. У слесарей самый высокий – седьмой, кажется.

Такими были мои университеты финансовой грамотности. В них, как видите, участвовали и семья, и школа.

Когда вы поняли, что пора заняться финансовым воспитанием вашего сына? Была ли это именно целенаправленная воспитательная деятельность или сын просто учится на вашем примере?

Пожалуй, второе. Вообще, я думаю, что дети всегда скорее учатся на нашем примере, чем в результате целенаправленной деятельности – не только финансам, а всему на свете. Потому что если мы декларируем одно, а живем по-другому, детям это всегда видно и понятно. И потом не такой я специалист по этой части. Я писатель, преподаватель, немного – художник-иллюстратор, но не финансист, конечно. 

В этом году сын вдруг заинтересовался этой темой сам. Даже попросил найти ему подходящую программу по финансовой грамотности. Сейчас ему 14 с половиной. Скоро уже 15. 

Прошлым летом, когда ему было 13 с половиной, мы снимались в передаче «Кризисный менеджер» на канале «Домашний». Конечно, эта передача отчасти постановочная, то есть там какие-то моменты – просто по сценарию, но есть немало от правды нашей жизни. 

Суть передачи в том, что семьи, у которых есть финансовые трудности, обращаются к кризисному менеджеру, и он объясняет, как вести финансовый учет так, чтобы не тратить лишнего. И еще дает советы, как заработать дополнительные деньги, или – в нашем, например, случае – как собрать деньги на свой проект через краундфандинг.

Еще семья (в данном случае, мы с сыном) делает закупки в продуктовом магазине, потом эти закупки анализируются: что можно было не брать, на чем сэкономить, как можно выбрать аналогичный продукт подешевле. Ну и – планировать свои доходы и расходы, вести тетрадь учета, создать доску желаний… 

Нельзя сказать, что у меня были такие уж серьезные денежные трудности. Я много работаю, и считаю, что нам хватает. В передачу требовался герой на инвалидной коляске. А я и есть такой человек. Мне предложили поучаствовать в этом проекте, мы прошли кастинг, нас отобрали. И – вот!

Кстати, за съемки нам заплатили, и для сына это тоже был стимул и заработок. Это я все к тому, что такая передача была в значительной мере финансовым воспитанием и для него, и даже для меня.

Придумывали ли вы какие-то финансовые игры и практические упражнения?

Нет, опять же потому, что это не моя специальность. Я придумываю игры и сказочные упражнения по русскому языку – вот в этом я специалист, я же автор семи веселых учебников по русскому языку и двух еще – по арифметике.

Но на денежную тему я когда-то купила сыну настольную игру… «Семья», кажется. Там дети должны просчитать, как они создают семью, сколько чего и как они в это вкладывают, что покупают, сколько должны на заработать. Траты на свадьбу, рождение и обучение детей, поездки и т.д. – все в игре считают. Думаю, это хорошая штука. Еще два-три года назад на даче дети с удовольствием подолгу в нее играли. 

Еще – в «Монополию». Кажется, они бывают разные, и у нас две или три…

Поделитесь историей из жизни о детях и деньгах

Расскажу про себя. Мне было тогда лет 10. Я ходила мимо киоска «Табак» и постоянно разглядывала на витрине два кулончика. Один – золотистый, квадратный, с большим оранжевым камнем, другой – серебристый, круглый, с рисунком: рыбы и месяц – и с двумя маленькими голубыми камушками. Мне эти кулончики казались сокровищами. Один стоил рубль пятьдесят копеек, другой – рубль двадцать пять, кажется. Нужно ли говорить, что это были не камни, а стекляшки, и что мои сокровища были сделаны не из золота-серебра, а из какой-то ерунды, и что только в моем детском воображении, не избалованном дома видом украшений, все это было невозможной красотой. 

И вот я накопила денег, а что-то попросила у мамы и купила к восьмому марта один кулончик – маме, а другой – бабушке. 

Бедная мама! Наверное, ей было очень жалко этих денег, потому что это было не так-то мало по тем временам, а носить такие украшения взрослая женщина не могла. И надо было как-то мне объяснить, что подобные вещи покупать не надо. И при этом не обидеть. Но моя мама была молодец. И у нее хватило такта сделать это аккуратно. И я не обиделась. Я поняла. И больше ничего из самоварного золота не покупала: ни себе, ни в подарок. Кажется, эти кулончики хранились у меня в коробочке. А куда потом делись – не знаю…

Татьяна Рик, детская писательница


ЕЩЕ В ЭТОМ РАЗДЕЛЕ